?

Log in

Previous Entry | Next Entry

Сегодня отнёс апелляцию в суд. Теперь будем ждать ещё месяц, пока наши апелляции разошлют ответчикам, они их изучат и напишут свои возражения. Полагаю, по опыту суда первой инстанции, они не будут особо заморачиваться и напрягаться, предоставив суду самому искать аргументы для повторного отказа. В первой инстанции суд принял противоречивое решение. Принял дело к производству, а в Решении сообщил, что дело не подлежит его компетенции. Но решение по существу дела принял, отказав в исковых требованиях в полном объёме. Ну что тут скажешь, если в действиях суда отсутствует правовая логика? В течение года, прошедшего с Епархиального суда и архиерейской резолюции, мы честно пытались найти разумный, ни для кого не обидный и тихий выход из такой ясной, но вполне нелепой ситуации.
Дело примитивное донЕльзя. Одиннадцать прихожан, много лет трудившихся в храме исключили без конкретной вины из Приходского собрания. Об оскорблённых чувствах справедливости у верующих митрополит Евсевий, конечно, не задумался. Не пригласил побеседовать, не спросил о причинах их отказа принять новый устав. Отказ последовал не сразу. Сперва в письме Управляющему делами РПЦ МП задали два вопроса: «1. Посоветуйте, как должны поступить граждане, если их принуждают принимать устав, который противоречит гражданским законам –Конституции РФ, закону ФЗ-125 «О свободе совести и о религиозных объединениях», причём противоречат самим законодательным принципам? 2. Как пастырь, посоветуйте: что делать верующим христианам, если их понуждают принять устав, который нарушает канонические основы, этические нормы и церковные традиции приходской жизни?» Нарушенные законы и каноны были перечислены в этом обращении. Ответа ждали апрель, май, июнь. Патриархия не ответила.
Вопрос и принятии устава на Приходском собрании остановился на стадии обсуждения. Когда Епархиальный суд заявил, что Приход не принял устав 18.04.11года, Епархиальный суд сознательно лгал. Открывая процесс, он опирался официально на Протокол собрания 18.04.11, из которого следует, что принятие устава вовсе не ставилось на голосование. Поскольку основной состав собрания не был ознакомлен с содержанием устава, Настоятель поставил на голосование вопрос: "примем устав, не читая, или сперва все должны ознакомиться с текстом?" Пятнадцатью голосами против пяти приняли решение: отложить собрание до 10 мая, чтобы все могли ознакомиться с содержанием нового устава. Это было записано в протоколе собрания. 10 мая Приход собрался, но собрание провести было некому: Настоятель и благочинный не пришли. На следующий день благочинный Муханов написал архиерею докладную записку о том, что Приход не принял устав.
Затрудняюсь сказать, кому была нужна эта провокация, но архиерей издал распоряжение собрать Епархиальный суд и осудить голосовавших против устава. Ровно через десять дней Приход отправил апелляцию на незаконные действия суда Патриарху в Общецерковный суд: судьи нелегитимны, событие правонарушения не установлено, нарушенная норма не указана и ещё 15 нарушений процессуального и материального права. Общецерковный суд ничего не ответил. Думаю, именно потому, что ответить было нечего. Действия суда и митрополита оправдать невозможно. А тем временем митрополит Евсевий снова 06.10.11 собирает Приходское собрание, надеясь, что несогласных осталось меньше, и теперь можно добиться единогласия. Но собрание снова голосами девять против шести не приняло устав. Митрополит Евсевий опять собирает суд 20.12.11 года. Епархиальный суд снова исключает несогласных из Прихода.
Обратились в юстицию, написали десять – пятнадцать заявлений в Минюст и Псковское управление Минюста. Ответы были на каждое заявление в духе «нарушений прав не видим». Обратились в городскую и областную прокуратуру. Написали заявлений двадцать- двадцать пять. Тут с нами немного поиграли. Отвечали тоже «не видим нарушений», но когда была заявлена ст.148 УК РФ, прокуратура согласилась отправить заявление в Следственный Комитет. СК РФ не нашёл повода для возбуждения дела. Мы написали свои возражения, но даже не отправили. В уголовном порядке рассматривать дело было неприятно. Обращаться больше было некуда, и мы обратились в Псковский городской суд.
В качестве анекдота, можно упомянуть ещё о частном письме секретаря Общецерковного суда, в котором он объяснял право Общецерковного суда не отвечать по существу на наши апелляции. Секретарь в подтверждение своего мнения сослался на несуществующие нормы закона, но не сумел их назвать. Ещё нелепее была его ссылка на правовую экспертизу апелляции, якобы проведённую юридическим отделом РПЦ МП. Поскольку суд является высшим авторитетом в вопросах права, юридической экспертизы в принципе не может быть. Бывает много разных экспертиз. Единственная экспертиза, в которой никогда не нуждается суд – правовая. Странно, что юридический отдел МП этого не понимает. Вот и вся история безнадежных поисков правосудия в РПЦ и РФ.

Comments

( 19 комментариев — Оставить комментарий )
livejournal
11 окт, 2012 13:23 (UTC)
В поисках правосудия в РПЦ МП и РФ.
Пользователь pastsnow сослался на вашу запись в записи «В поисках правосудия в РПЦ МП и РФ.» в контексте: [...] Оригинал взят у в В поисках правосудия в РПЦ МП и РФ. [...]
cryss_hawkeye
11 окт, 2012 13:59 (UTC)
хождение по мукам
livejournal
12 окт, 2012 17:11 (UTC)
В поисках правосудия в РПЦ МП и РФ.
Пользователь mikha_el сослался на вашу запись в записи «В поисках правосудия в РПЦ МП и РФ.» в контексте: [...] Оригинал взят у в В поисках правосудия в РПЦ МП и РФ. [...]
Николай Антонов
12 окт, 2012 21:58 (UTC)
Размышления и рекомендации к жалобе в части правосубъ
На мой взгляд, возникшая юридическая коллизия заключается в том, что правосубъектность МРО в России до сегодняшнего дня законодательно чётко не урегулирована.
Тем не менее, суд первой инстанции обязан был разрешить спор по существу с учетом правосубъектности МРО, с учетом прав и интересов граждан (как учредителей МРО), с учетом прав и интересов граждан, являющихся членами Приходского собрания.
С одной стороны: правоспособность религиозных организаций обусловлена функциональным назначением и зависит от вида религиозной организации. Кроме того, пределы деятельности религиозного организации определяются его идеологией и внутренним корпоративным установлением (которые никак не должны вступать в противоречие с нормами Конституции РФ и нормами гражданского законодательства).
С другой стороны: наряду с определенными ограничениями правоспособности религиозных организаций им предоставляются права, свойственные юридическому лицу. Например, религиозной организации законом предоставлена возможность организовывать и зарегистрировать устав МРО, иметь учредителей и исполнительные органы Прихода. При этом закон не ставит правоспособность и дееспособность МРО, его учредителей, членов исполнительных органов в зависимость от прихоти ЦРО в части принуждения МРО в обязательном порядке пройти перерегистрацию устава в новой редакции. Согласно действующему законодательству, правосубъектность МРО, её учредителей и членов исполнительных органов МРО абсолютно никак не зависят от одобрения или неодобрения устава МРО вышестоящим церковным начальством. Да в этом и нет никакой необходимости…. И нет никаких правовых оснований… МРО вполне легитимно осуществляет свою деятельность на данной территории в соответствии со своим уставом, который уже давно признан государством по факту его гос. регистрации.
Хотя МРО и действуют под жестким руководством вышестоящей по иерархической структуре религиозной организации, тем не менее (согласно закону) МРО осуществляет свою деятельность на основании зарегистрированного Устава, согласовывает все свои решения в сфере гражданских правоотношений с учредителями МРО, исполнительными органами МРО и органами государственной власти (за исключением имущественной сферы, политической деятельности и т.д.).
В противном же случае, подобная позиция ЦРО (в лице Синода МП и правящего архиерея) при пассивном попустительстве законодателя и органов исполнительной власти на местах, является необоснованной, ибо по существу дела, неодобрение «старого» устава МРО вышестоящим церковным начальством, либо действия ЦРО по принуждению к регистрации «нового» устава МРО не может предопределять содержания гражданской правосубъектности МРО, прав и законных интересов учредителей, членов исполнительных органов МРО .
В судебном заседании ответчику необходимо задать вопрос: «Признаёт ли Ответчик (ЦРО) «старый» устав МРО и факт его государственной регистрации? Если нет, то по каким правовым основаниям? Какими нормами закона руководствуется ответчик, когда принуждает МРО принять ус тав в новой редакции? На основании какой нормы граждане (члены Приходского собрания) были лишены своих прав? И т.д. и т.п. … (При этом ответчик должен ссылаться на конкретную норму закона, а не на распоряжения архиерея).
Более того, ЦРО не может исполнять функции учредившей её организации. ЦРО должна только представлять интересы МРО и осуществляет их защиту.
Николай Антонов
12 окт, 2012 22:00 (UTC)
Размышления и рекомендации к жалобе в части правосубъ
Размышления и рекомендации к жалобе в части правосубъектности МРО (по документам ЕСПЧ).

Если проанализировать действия (бездействие) Управления юстиции, а так же решение Псковского суда первой инстанции с точки зрения соблюдения принципа законности действий государственной власти, то можно сказать следующее: «Чиновник вправе делать только то, что разрешено, а гражданин (в том числе учредители Прихода и члены Приходского собрания) - всё, что прямо не запрещено законом».

1. Конституционно-правовое обоснование данной позиции (по документам ЕСПЧ).
Российская Федерация, в соответствии с ч.1 ст.1 Конституции РФ от 12 декабря 1993 г., является правовым государством. Этот основополагающий конституционный принцип конкретизируется в других статьях Конституции. В частности, он включает в себя формальные принципы правопорядка, которые гарантируют господствующую роль права. К ним относятся принцип разделения властей (ст.10 Конституции РФ), гарантия независимости судей (ч.1 ст.120 Конституции РФ), а также рассматриваемый в данной статье принцип законности действий государственной администрации (ч.2 ст.15 Конституции РФ). Однако упомянутые нормы представляют собой только своеобразный каркас правового государства, существование которого требует, прежде всего, отражения в правовых актах его материальной сущности, т.е. указания на первостепенную, высшую ценность основных прав (ст.2 и ст.18 Конституции РФ).
Иначе, как показывает, например, история Германии 20-го века, при формальном соблюдении указанных выше принципов может возникнуть государственный строй, внутренней сущностью которого является нарушение права и несправедливость и который по этой причине несовместим с концепцией правового государства.
Таким образом, принцип законности является лишь составной частью, одним из аспектов правового государства. Применение этого принципа будет осмысленным только во взаимосвязи с материальной стороной правового государства.
Николай Антонов
12 окт, 2012 22:01 (UTC)
2. Принцип «Всё, что не разрешено, запрещено».
Действующие нормы Конституции РФ не оставляют сомнений в том, что органы государственной власти своим действием (либо бездействием) не вправе нарушать закон. «Связанность» законом, а также «обязанность соблюдать» законодательство однозначно отражают это положение.
Однако принцип законности этим отнюдь не исчерпывается. Ведь иначе органы государственной власти (я уже не говорю об органах церковной власти) могли бы действовать бесконтрольно в законодательно неурегулированных сферах отношений (а на сегодняшний момент, как сейчас в России, их особенно много). Таким образом, помимо простого «верховенства закона», существует ещё и принцип запрета всего, что не разрешено, согласно которому органы государственной власти имеют право осуществлять какие бы то ни было действия, только если они явно уполномочены на это законодателем (в данном случае, органы государственной власти прямо уполномочены либо признать действующим «старый» устав Прихода, либо зарегистрировать «новый» устав Прихода в той редакции, в которой он принят Приходским собранием).
Поскольку указанный принцип направлен на защиту каждого гражданина (индивида), его действие ограничивается исключительно теми случаями, когда государственная власть обременяет частное лицо или каким-либо образом наносит ему ущерб, например, возлагает на него дополнительные обязанности или лишает его положенных прав (например, обязательство уплатить штраф или конфискация водительских прав). Принцип запрета всего, что не разрешено, не распространяется на ситуации, когда органы государственной власти только предоставляют индивиду преимущество (например, выдают разрешение или лицензию, либо совершают действия по регистрации «нового» устава или признания «старого» устава).
Здесь логичным образом возникает вопрос, где в Конституции содержится указание на данный принцип, поскольку об «обязанности соблюдать» законодательство (ч.2 ст.15 Конституции РФ) речь может идти только тогда, когда закон в принципе существует.
Осуществление конституционного права граждан объединяться в МРО относится к основным правам граждан. Согласно ч.3 ст.55 Конституции РФ, вмешательство в осуществление основных прав возможно только на основании закона. Однако зачастую не так просто установить, какое именно основное право затрагивается определёнными действиями (или бездействием) должностных лиц. Если, например, сотрудник ГИБДД останавливает водителя на десять минут для проверки документов при отсутствии каких бы то ни было причин, это, без сомнения, является обременительным для водителя. Тем не менее, на первый взгляд, совсем не очевидно, какое именно основное право нарушено. Более того, можно предположить, что эти обременяющие действия должностного лица вообще не являются вмешательством в какое-либо из основных прав, предусмотренных в статьях 17 - 64 Конституции РФ, поскольку перечень основных прав, содержащийся в Конституции, является хотя и достаточно объёмным, но все же не исчерпывающим.
Из какой же нормы Конституции РФ следует, что любое обременяющее индивида действие государственной администрации (независимо от связи с основными правами) при отсутствии законодательно установленных полномочий является противоправным?
Ответ на этот вопрос содержится в принципе разделения властей (ст. 10 Конституции РФ).
Глава 1. Статья 10. Государственная власть в Российской Федерации...
«Государственная власть в Российской Федерации осуществляется на основе разделения на законодательную, исполнительную и судебную. Органы законодательной, исполнительной и судебной власти самостоятельны».
Николай Антонов
12 окт, 2012 22:01 (UTC)
Подразумеваемый этим принципом контроль законодательной либо судебной власти за действиями исполнительной власти (в том числе за действиями ЦРО) может осуществляться в полном объёме только тогда, когда при совершении любых обременяющих индивида действий исполнительная отсылается к законодательной. Другими словами, без предусмотренных в законе полномочий исполнительная власть вообще не вправе возлагать на индивида дополнительные обязанности или лишать его прав (не говорю уж о церковной власти, которая указаниями в императивной форме фактически подменяет государственную власть).
Последовательное применение принципа «всё, что не разрешено, запрещено» является залогом разрешения всех казусов в административном праве: в повседневной ситуации с сотрудником ГИБДД, который самовольно осуществляет проверку документов водителя, без дальнейших объяснений становится понятно, что для его действий необходимы правовые основания.
То же самое относится и к другому случаю, который произошёл в одном небольшом российском городке и стал предметом разногласий и споров между юристами. Городские власти отдали в распоряжение одного религиозного общества участок земли для создания молитвенного дома. После получения мэром города многочисленных жалоб от проживавших в округе граждан решение о предоставлении земельного участка в распоряжение религиозного общества было отменено. Мнения юристов по вопросу правомерности отмены решения разделились. Одни ссылались на права лиц, проживавших в округе, и на обязанность мэра быть представителем интересов большинства граждан. Другие обосновывали своё мнение соображениями защиты права религиозного общества на свободу вероисповедания (ст. 28 Конституции РФ). Нет необходимости сравнивать значимость прав членов религиозного общества с правами соседей. Противоправность действий городской администрации следует уже из того факта, что отмена решения о предоставлении земельного участка в данном случае не основана на нормах российского права.
Приведённый пример позволяет сделать вывод, что администрация также заинтересована в принятии общего закона об административных процедурах в сфере деятельности церковных организаций , которого до сих пор в России не существует. Этот закон урегулировал бы общие правовые основания обычных действий государственной администрации (последующее изменение или отмена решений органов исполнительной власти, отмена дополнительных условий и т.д.) с тем, чтобы действия администрации ( и тем более церковной власти) не противоречили бы принципу запрета всего, что не разрешено, из-за отсутствия специально установленных в законе правовых оснований.
Николай Антонов
12 окт, 2012 22:02 (UTC)
3. Какая степень свободы должна предоставляться государственной администрации (в том числе и суду?
Итак, законом должны быть определены правовые основания любых обременяющих действий государственной администрации. Однако во многих сферах деятельности органы государственной власти должны иметь возможность реагировать на большое количество разнообразных ситуаций, которые просто невозможно предусмотреть в законе. Исчерпывающее законодательное регулирование является возможным только в том случае, когда законодатель отражает всё разнообразие возможных ситуаций в одной абстрактной норме. Поскольку администрация сталкивается с применением закона в различных жизненных ситуациях, которые законодатель не всегда даже сможет предугадать, при юридической квалификации отдельного случая по абстрактному закону исполнительной власти должна предоставляться некоторая свобода усмотрения. Это происходит, когда гипотеза правовой нормы содержит недостаточно конкретные правовые понятия или когда исполнительной власти в санкции правовой нормы предоставляется право усмотрения (в формулировках типа «может» или «имеет право»).
Принцип запрета всего, что не разрешено, который имеет целью контроль законодательной власти за исполнительной, не реализуется в полной мере, если не установлены пределы свободы усмотрения государственной администрации.

Итак, насколько же детальным должно быть правовое регулирование, чтобы не нарушать этот принцип? Конфликт интересов между возможностью создания гибкой и работоспособной структуры исполнительной власти и возможностью осуществления контроля за ней со стороны законодателя должен разрешаться исходя из материальных аспектов принципа правового государства. Согласно ст. 18 Конституции РФ, смысл законов и деятельность органов исполнительной власти, в первую очередь, должны быть ориентированы на основные права индивида. Из этого следует, что в сфере основных прав контроль за исполнительной властью имеет наибольшее значение, из чего вытекает следующая формула: чем в большей степени конкретные действия органов исполнительной власти затрагивают сферу основных прав индивида, тем более детально должен урегулировать их демократически легитимный законодатель.
В соответствии с этим принципом Управление юстиции и Псковский суд должны были встать на защиту интересов учредителей МРО и членов Приходского собрания, т.к. действия ЦРО представляют собой серьезное вмешательство в основные права.
Применение в данном случае Псковским судом недостаточно конкретных правовых понятий, является нарушением обоих принципов: «Чиновник вправе делать только то, что разрешено, а гражданин всё, что прямо не запрещено законом», а так же принцип «всё, что не разрешено, запрещено».
Николай Антонов
12 окт, 2012 22:02 (UTC)

4. Осуществление усмотрения должностными лицами
Предоставление государственной администрации определённой свободы усмотрения отнюдь не влечёт за собой полной свободы её действий. Более того, материальная сторона принципа правового государства играет важную роль и в этой области. Положения статей 2 и 18 Конституции имеют для государственной администрации прямое действие: если законом допускается несколько возможных вариантов поведения, должностные лица обязаны выбрать из них тот, который в наибольшей степени соответствует их задаче и деятельности по обеспечению соблюдения основных прав индивида (в данном случае Управление юстиции и Псковский суд обязаны были встать на защиту прав граждан) . С этой целью следует для всех возможных вариантов действия точно установить все касающиеся данного случая аспекты основных прав и точно оценить их значение и наносимый им ущерб. Если при этом Управление юстиции и Псковский суд не выбрали вариант, наименее обременяющий права граждан (индивида), - значит, они действует противоправно.
Следовательно, можно сделать вывод о том, что органы исполнительной власти в правовом государстве никогда не могут действовать по собственному произволу:
- в тех случаях, когда закона не существует или когда он содержит слишком общие положения, они вообще не могут действовать обременительно;
- если закон предоставляет им на выбор несколько вариантов действия, они обязаны принять решение строго в соответствии со ст.ст. 17-64 Конституции РФ.
Во всех остальных случаях они обязаны соблюдать и выполнять закон.
adelgeim
13 окт, 2012 08:18 (UTC)
Власть закона.
Спасибо Вам за такое последовательное исследование закона. Но применение этих принципов зависит от желания исполнительной власти их применить и судебной власти признать или осудить применение. Всё упирается во властную личность исполнителя, который может захотеть или не захотеть применять право. Применять право или оправдывать правом свою волю- совсем не одно и то же. Суд явно понимает свои неправовые мотивы, но даже, если захочет, не сможет поступить по закону. Во-первых, закон сформулирован так, что допускает неоднозначное толкование,во-вторых, сложившаяся система отношений поставила исполнительную власть над законодательной и судебной. Исполнительная власть сама определяет какие законы для неё удобнее принимать. Законодательная власть следует ей без возражений, поскольку исполнительная её кормит. Такие же отношения установило телефонное право с судебной властью. Мы видим, что суд повсеместно принимает не правовые, а политически ангажированные решения. Из этой ловушки нет правового выхода, поскольку исполнительная власть не откажется добровольно от установившегося в стране её самодержавия. РПЦ включена в систему исполнительной власти, не желающей ограничений. Пока разделение властей декларируется, а не существует, бесполезно ссылаться на Конституцию-она не может действовать
Николай Антонов
17 окт, 2012 18:56 (UTC)
Re: Власть закона.
Сегодня случайно набрёл на форум юристов, размещённый на сайте "Конференция ЮрКлуба" (раздел "Корпоративное право"). Там размещено решение Южно-Сахалинского городского суда от 26 июня 2001 г. по делу: "Т.Малахович против Южно-Сахалинской епархии" (с приложением решения суда первой инстанции и определения кассационной инстанции). Видимо, уже тогда наметился вектор правоприменительной практики по такого рода делам. Весьма примечатетльны и любопытны комментарии участнико форума по этой теме.
Вот ссылка: http://forum.yurclub.ru/index.php?showtopic=200421

Николай Антонов
13 окт, 2012 11:15 (UTC)
Власть закона.
Дорогой о.Павел!
Я Вас понимаю и полностью с Вами согласен. Но я полагаю, что если в дальнешем планируется выход в ЕСПЧ, то заявлять такие доводы в апелляционной инстанции (в виде дополнений к жалобе), - можно и нужно. И ещё: очень важно, чтобы все Ваши слова были зафиксированы в протоколе судебного заседания. Контроль за ведением протокола - очень важный и существенный момент судебного процесса. В своих выступлениях сторона может делать длительные паузы, обяъсняя суду это тем, чтобы дать возможность с точностью всё записат. При этом можно просить суд разрешения подойти к секретарю, чтобы проверить полноту и правильность записанного.... После чего можно продолжать речь.... Это ваше законное пороцессуальное право.
Хочу ещё раз обратить внимание на то, что все мои рассуэждения направлены с прицелом на разбирательство в ЕСПЧ. Для нашего же российского суда - это всё по большей части эмоции и лирика.....
adelgeim
13 окт, 2012 21:03 (UTC)
Re: Власть закона.
Рассчитывать не ЕСПЧ трудно. Говорят, они 90% жалоб отправляют обратно без рассмотрения. На рассмотрении находится такое количество, что очередь растянулась на 5-6 лет. Может быть возможно подать заявление в Конституционный суд, чтобы проверили на соответствие Устава РПЦ конституции. Основания для этого есть.
Николай Антонов
15 окт, 2012 14:42 (UTC)
Re: Власть закона.
15 июня 2009 г. состоялось интервью с Председателем Конституционного Суда РФ В.Д. Зорькиным.
В частности, В.Зорькину был задан такой вопрос:
Вопрос: Не считаете ли Вы, что очень многие законы, постановления, указы и подзаконные акты вообще не должны иметь право на существование, они просто не соответствуют статье 55 Конституции РФ? Цитата: статья 55. 1. Перечисление в Конституции Российской Федерации основных прав и свобод не должно толковаться как отрицание или умаление других общепризнанных прав и свобод человека и гражданина. 2. В Российской Федерации не должны издаваться законы, отменяющие или умаляющие права и свободы человека и гражданина. 3. Права и свободы человека и гражданина могут быть ограничены федеральным законом только в той мере, в какой это необходимо в целях защиты основ конституционного строя, нравственности, здоровья, прав и законных интересов других лиц, обеспечения обороны страны и безопасности государства. А теперь далеко не полный перечень противоправных законов, постановлений, указов и т.п. 1. Федеральный Закон N 124-ФЗ от 8 августа 2001 г. "О внесении изменений и дополнений в статьи 22 и 23 Федерального закона "О ветеранах". Действие этого закона: упразднен институт ветеранства. Это равносильно тому, если бы был аналогичный закон в отношении президентства: народ избрал президента, но править он сможет только с 60 лет и более. Или: получил медаль или орден, но носить ты его сможешь после 60 лет. (Правда, не все доживают до 60 лет, см. статистику средней продолжительности жизни мужчин и женщин по России). 2. Федеральный закон N 122-ФЗ от 22 августа 2004 г. "О внесении изменений в законодательные акты Российской Федерации и признании утратившими силу некоторых законодательных актов Российской Федерации в связи с принятием федеральных законов "О внесении изменений и дополнений в Федеральный закон "Об общих принципах организации законодательных (представительных) и исполнительных органов государственной власти субъектов Российской Федерации" и "Об общих принципах организации местного самоуправления в Российской Федерации". Другими словами, закон "О монетизации льгот" - хотя конкретно так закон не назван. Потому как никакой монетизации, т.е. подмены льгот денежными средствами не произошло. Этим законом просто отменили льготы как гражданским, так и военным пенсионерам. - Александр Потокин (г. Воронеж)


Николай Антонов
15 окт, 2012 14:43 (UTC)
Re: Власть закона.
Ответ В.Зорькина был следующим:
- Ваш вопрос - это пример весьма распространенного заблуждения относительно содержания и смысла статьи 55 Конституции Российской Федерации. Эта статья в системной связи с другими положениями Конституции, в том числе со статьей 17, имеет в виду основные права и свободы, закрепленные Конституцией, и иные общепризнанные права и свободы человека, такие как право на жизнь, личную неприкосновенность, свободу слова и убеждений и т.п.
Эти права, действительно, могут ограничиваться только в той мере, в какой это необходимо в целях защиты основ конституционного строя, нравственности, здоровья, прав и законных интересов других лиц, обеспечения обороны страны и безопасности государства. Однако наряду с основными правами существуют другие - определяющие правовое положение гражданина в конкретных правоотношениях. Указанные права (в том числе права на получение льгот, о которых ставится вопрос) устанавливаются и отменяются федеральными законами, и статья 55 (часть 3) Конституции РФ к ним неприменима. Из Конституции не вытекает обязанность государства сохранить все без исключения однажды предусмотренные законом права. В противном случае законотворческая деятельность государства в социальной сфере была бы заблокирована.
Федеральный закон от 22 августа 2004 года N 122-ФЗ "О внесении изменений в законодательные акты Российской Федерации и признании утратившими силу некоторых законодательных актов Российской Федерации в связи с принятием федеральных законов "О внесении изменений и дополнений в Федеральный закон "Об общих принципах организации законодательных (представительных) и исполнительных органов государственной власти субъектов Российской Федерации" и "Об общих принципах организации местного самоуправления в Российской Федерации", действительно, во многом несовершенен и подвергается справедливой критике, однако несовершенство закона не означает, что он противоречит Конституции РФ. Конституционный Суд неоднократно обращался к рассмотрению отдельных положений указанного Закона. В ряде случаев пришлось выявлять конституционно-правовой смысл норм Закона о монетизации в системной связи с другими федеральными законами, однако решения о признании какой-либо правовой нормы этого Закона противоречащей Конституции в практике Суда не было……».
Ну и так далее, и тому подобное...
Но фраза В.Зорькина: «…Несовершенство закона не означает, что он противоречит Конституции РФ» - заставляет задуматься о многом...

Полностью смотреть по ссылке: http://www.consultant.ru/law/interview/zorkin3.html
adelgeim
15 окт, 2012 17:15 (UTC)
Re: Власть закона.
"Несовершенство закона не означает, что он противоречит Конституции РФ», но может противоречить по этой причине.
Можно ли поставить перед Конституционным судом вопрос о противоречии Устава РПЦ закону ФЗ-125: новый устав упразднил чредительство Прихода местными гражданами, добровольность их объединения, лишил приход собственности. Все эти положения содержатся в законе, а в уставе исключены.
Николай Антонов
15 окт, 2012 19:50 (UTC)
Re: Власть закона.
Конституционный суд РФ проверяет нормативно правовые акты на соответствие их Конституции РФ, в случае несоответствия отменяет их. Устав же РПЦ МП - строго внутренний документ, не регистрировавшийся в Минюсте РФ, а посему ничтожный с точки зрения действующего законодательства. Возникает вопрос: что будет являться предметом обращения в КС? Но даже если предположить, что заявление будет принято, то каков будет результат?
Помните ту историю, когда принятый в конце 1997 г. 125-ФЗ наделил чиновников правом предоставлять привилегии одним и ущемлять другие религиозные организации . Неконституционность этого закона была отмечена Президентом Б.Н.Ельциным ещё в 1997 году. Он отказался тогда подписать принятый Государственной Думой 23 июня 1997 г. и одобренный Советом Федерации 4 июля того же года текст, отметив, что он нарушает 16 статей Конституции и, по меньшей мере, три международных договора России.
Не прошло, однако, и двух месяцев, как тот же Б.Н.Ельцин поставил свою подпись под этим документом. Изменению позиции главы государства предшествовала мощная кампания в поддержку закона, развёрнутая священноначалием Русской Православной Церкви и той частью политической элиты, которая сделала ставку на использование православия в качестве новой государственной идеологии России.
Чтобы оправдать этот поворот на 180 градусов, чиновники президентской Администрации по договорённости с руководством Думы внесли в вызвавший такую бурю страстей текст несколько “косметических” поправок, не менявших, по публично выраженному признанию председателя думского Комитета по делам общественных объединений и религиозных организаций В.И.Зоркальцева, “ни концепции, ни структуры” закона.
Весной 1999 г. с критикой закона неожиданно для многих выступил Уполномоченный по правам человека в Российской Федерации О.О.Миронов, который, будучи в 1997 г. депутатом Думы от КПРФ, голосовал за этот документ. В своём заключении, направленном руководителям различных ветвей власти, он подчеркнул, что “помимо декларированного в преамбуле привилегированного положения отдельных религий, ряд других положений закона устанавливает нормы, по сути ведущие к дискриминации отдельных конфессий на практике”.
Сразу же после вступления в силу закона 1997 г. Российское отделение Международной ассоциации религиозной свободы (МАРС) просило своих членов — специалистов по правовым вопросам А.В.Пчелинцева и В.В.Ряховского направить запрос о его конституционности в Конституционный Суд (КС) Российской Федерации. Поводом для рассмотрения запроса должны были стать нарушения прав и свобод конкретных религиозных организаций, связанные с применением опять-таки конкретных статей закона.
adelgeim
16 окт, 2012 11:51 (UTC)
Re: Власть закона.
Устав РПЦ МП не зарегистрирован государством, и потому КС может отнестись к нему как нелегитимному документу и его не рассматривать. Но Устав Прихода регистрируют региональные управления Министерства юстиции, сообщая им статус подзаконного акта. В то же время эти документы нарушают закон, что вызвало отказ нашего прихода принять новую редакцию устава Прихода. По этому поводувозник судебный процесс. Приход отказался принимать устав, вполне конкретно нарушающий гражданское законодательство РФ (конечно, не только гражданское, но и церковные каноны и традиции). Наш отказ принимать новый устав был обоснован. Несмотря на это правоохренительные органы: юстиция, прокуратура,СК РФ принуждают приход подчиниться незаконным требования церковной власти и принять устав. Как возможно апеллировать к охранителям закона? Нарушение закона со стороны Устава Прихода существенные и значительно нарушают права граждан. Это не придирки, это попрание гражданских прав. Принимают нелепый "закон о защите чувств верующих" и не защищают от дискриминации права этих верующих.
Николай Антонов
15 окт, 2012 19:50 (UTC)
Re: Власть закона.
Большая часть нарушений была связана с тем, что, принимая закон, депутаты фактически придали ему — вопреки Конституции — обратную силу. Всем “местным” религиозным организациям, в том числе и тем, которые уже получили в прошлом государственную аккредитацию, предстояло пройти перерегистрацию, причём те из них, которые не могли представить документ о своём существовании “на данной территории” на протяжении 15 лет или о вхождении в централизованную структуру, регистрируемую Министерством юстиции РФ, должны были потерять правомочия юридического лица.
23 ноября 1999 г. Конституционный Суд принял постановление по этому вопросу. Суд не решился прямо дезавуировать позицию законодателей и объявил обжалуемые положения закона не противоречащими Конституции. Судьи были вынуждены, однако, дать этим положениям такую интерпретацию, которая по существу была равнозначна признанию их неконституционными.
Согласно постановлению КС, положения закона, о которых идёт речь, соответствуют Конституции лишь постольку, поскольку они “применительно к их действию в отношении религиозных организаций, учреждённых до вступления данного Федерального закона в силу, а также местных религиозных организаций, входящих в структуру централизованной религиозной организации, означают, что такие религиозные организации пользуются правами юридического лица в полном объёме, без подтверждения пятнадцатилетнего минимального срока существования на соответствующей территории, без ежегодной перерегистрации”.
Постановление Конституционного Суда послужило отправной точкой для новой дискуссии, вызванной отказом Министерства юстиции РФ перерегистрировать российскую структуру католического ордена иезуитов. 3 апреля 2000 г. (за два месяца до готовившегося визита Путина в Ватикан) жалоба иезуитов была рассмотрена и по ней было принято положительное решение. Сославшись на “конституционно-правовой смысл” положений закона применительно к перерегистрации организаций, созданных до его вступления в силу, Суд указал, что заявителям не может быть отказано в перерегистрации.
“Определение Суда от 13 апреля 2000 г., так же как и постановление от 23 ноября 1999 г., существенно ограничило возможность непосредственного применения дискриминационных норм при перерегистрации, — считает представлявшая интересы заявителей член МАРС адвокат Г.А.Крылова. — Его значение, несомненно, выходит за пределы конкретной проблемы, вставшей перед иезуитами. По существу, буквальное прочтение закона заменяется выявляемым Конституционным судом “конституционно-правовым смыслом”, которое значительно смягчает закон, если даже и не изменяет его сути” .
Так вот я думаю, что КС может либо снова сослаться не на закон, а на “конституционно-правовой смысл” положений закона применительно к Уставу РПЦ, либо просто постановить, что заявление не подлежит рассмотрению и разрешению в КС…
А иезуитам надо отдать должное: они грамотно воспользовались предстоящим визитом Путина в Ватикан…
( 19 комментариев — Оставить комментарий )