?

Log in

No account? Create an account

Previous Entry | Next Entry

Отлучение от «местной Церкви».

Меня попросил опубликовать для общего чтения ответ на заданный мне в ЖЖ вопрос, что я охотой выполняю.
Пустая формальность при некоторых условиях приобретает власть над человеком во всей судьбе. В нашей стране человек закрепощён обыкновенным штампом о прописке. На Западе обходятся без прописки и даже без паспорта. Штамп в паспорте? Разве это важно? Нарушение этой формальности в нашей стране ставит человека вне закона.
Сельское население СССР при Сталине было закрепощено лишением паспорта. Запрет уехать из деревни закрепил произвол чиновника над гражданами, ставил в положение крепостных: лишал возможности получить образование, изменить место жительства, работу, создать семью и т.д.
Попробуйте в наши дни жить без паспорта и прописки в РФ. Мгновенно поймёте: это возможно либо на «дне», либо в криминале. Среди граждан, имеющих паспорт и прописку, сразу почувствует свою ущербность. Под вопросом оказываются учёба, работа, лечение, пенсия, путешествие на поезде и самолёте и т.п. Все жизненные блага до первой встречи с блюстителем порядка.
«Местная церковь» в РФ называется Приходом. Её образ жизни формализован, как в любой организации РФ. Принципы организации Прихода в РПЦ заложены Постановлением ВЦИК и Совнаркома «О религиозных объединениях» от 8 апреля 1927 г. В наши дни это Постановление легло в основу Устава об управлении РПЦ в части организации приходской жизни. Почему?
Устав Прихода, созданный Поместным Собором 1917 г полагал в основу «местной церкви обязательное участие всех прихожан с фиксацией их в Приходской книге. Прихожане имели разные права в зависимости от возраста и срока пребывания в общине. Так было в Российской церкви до революции. Так поступают в настоящее время все христианские церкви в РФ и за рубежом кроме МП: православные, католики и протестанты.
Возникает острый вопрос: почему в основу жизни «местной церкви» положен не церковный документ, а «Постановление» атеистического государства. Этот вопрос заслуживает самого внимательного изучения, поскольку в основе церковного устройства всегда остаётся «местная церковь».
"Двадцатка" называется теперь "Приходским Собранием". Двадцаткой называли в советском законодательстве минимальное число верующих, необходимое для создания и регистрации религиозного общества. Законодательство не возбраняло увеличивать верхний предел общины до реального числа прихожан, но уполномоченные Совета по делам религий этому препятствовали на практике. Против расширения фиксированной общины мог быть и архиерей и настоятель. Думаю, не было приходов в России, где численность фиксированных членов совпадала с реальным числом верующих в приходе. Нет таких приходов и в наши дни.
Интересный эпизод произошёл в 2007 году. Псковская Епархия дала указание приобрести «Приходскую книгу» для записи прихожан. Священники обрадовались реорганизации прихода. Это была обыкновенная общая тетрадь в 100 листов с названием «Приходская книга». За неё следовало уплатить 500 руб. "Реорганизация" ограничилось приобретением тетрадки. Никаких объяснений или инструкций из Епархии не последовало. Для священника частная инициатива всегда имеет только печальный итог. Никто её не проявил. Епархиальная акция получила коммерческий смысл: с 200 приходов собрали «лишние» 100 000 рублей.
Минимум «Приходского Собрания» новое законодательство 1990 и 1997г сократило до 10 человек. Согласно Уставу РПЦ, "в состав Приходского Собрания входят священнослужители Прихода, его учредители, а также прихожане, достойные..." (гл.11, ст.34). В соответствии с Уставом, все клирики должны входить в Приходское Собрание. Максимум членов не ограничен Уставом, но на практике ни один настоятель не смеет нарушать устоявшуюся традицию: больше 20 человек в общину не приглашают. Такое ограничение создаёт раскол прихода на две несоизмеримые части:
10 верующих и «все остальные» сотни верующих имеют разные права участвовать в организации литургической, социальной и культурной жизни Прихода. В идеале каждый христианин должен состоять в общине, участвовать в её жизни, заботиться о своём храме. Согласно Уставу РПЦ, исключение из Приходского собрания является дисциплинарным взысканием за отступление от канонических или вероучительных установлений Церкви (ст.35). Конечно, это формальная сторона дела. Однако важно, какой состав собран в Приходском собрании, поскольку эти люди формирует своей активностью и мировоззрением общее сознание и дух всего Прихода.
Глубже лежит сакральный пласт жизни общины. Местная Церковь есть Тело Христово, и должна жить евхаристической жизнью. Её приходится строить. Не все священники занимаются этой трудной работой. Тогда приходская жизнь становится формальной, а церковь обмирщается. Если священник строит в Приходе евхаристическую семью, Приход созревает как нива, приносящая плод в 30, 60 и сто крат. Не записавшись в общину, можно живо участвовать в её евхаристической жизни, как поступают многие прихожане в силу сложившейся практики. Другое дело, когда прихожанина исключают из Приходского Собрания. Это серьёзный акт, который сразу ставит человека в особое положение в глазах Прихода и в своих собственных, даже если он понимает, что с ним поступили несправедливо и вопреки Духу Святому. Когда священника отлучают от прихода, его положение становится трагичным. Это проблема всего Прихода. Перед каждым прихожанином встаёт вопрос: как к этому отнестись? Он прав или не прав? Соединение административной и сакральной власти в руках архиерея создаёт опасность действовать не всегда вместе с Богом, а иногда вопреки. Устав позволяет архиерею полностью разогнать состав Приходского Собрания и собрать новый (как?- не прописано). Правда, Устав обусловливает право архиерея заменить состав Прихода «отступлением членов Приходского Собрания от канонов и установлений церкви». В данном случае мы видим, что архиерей не обременяет себя такой «формальностью». Взял, да выгнал без объяснений: всё равно пожаловаться некому. Сакрализуя подобный произвол архиерея возводим хулу на Духа Святого.
Конечно, священник совершает богослужение в свою чреду, но официальная отстранённость от общения с ядром Прихода сказывается заметно. Он уже не соучаствует во внебогослужебной жизни Прихода. Богослужебная жизнь тоже ограничена. Он отстранён и существует на птичьих правах, следовательно, не несёт и ответственности за Приход. Евхаристическое общение не ограничивается служением Литургии. Оно должно продолжаться за её пределами. Либо Приход претворяется в евхаристическую семью на основе евхаристия, либо живёт формальной жизнью, ограничиваясь требами, свечками, иконками, то есть языческим обрядоверием. Священник оказывается связанным гораздо больше, чем кажется со стороны.
Мы возвращаемся не только к разговору о паспорте. Вселенские каноны, да и Устав РПЦ делают священника непременным членом общины.
Священник не может быть поставлен вне церкви. Здесь бессмысленный произвол архиерея получает антиканонический и антиевхаристический характер глумления над Церковью и её священнослужителями.

Comments

( 16 комментариев — Оставить комментарий )
dado
25 апр, 2009 09:07 (UTC)
дорогой о.Павел, а как вы относитесь к введению членства прихожан в приходах? не явится ли это той же паспортизацией? вроде вешь нужная но может привести к закрытости церкви?
adelgeim
25 апр, 2009 18:47 (UTC)
членство прихожан в приходах
Быть членом прихода означает быть членом местной Церкви. Это нормальное положение христианина, согласно традиции, установившейся во всех христианских деноминациях: православных, котоликов и протестантов. Священник должн знать своих прихожан, и они должны быть активными участниками церковной жизни и иметь для этого канонические основания. Быть членом местной церкви - это екклезиологический статус христианина.
dado
25 апр, 2009 19:20 (UTC)
Re: членство прихожан в приходах
да, то что священник знает своих прихожан это наверно главное, но достаточно ли этого? может быть должно быть какое-то более формальное членство.
другое дело что в нашей стране в финансовых вопросах проще опираться не на прихожан а на какие-то анонимные деньги, а от прихожан "с правом голоса" могут быть свои хлопоты
adelgeim
25 апр, 2009 19:53 (UTC)
Re: членство прихожан в приходах
Формальное членство необходимо для всех членов Прихода. Член церкви-это канонический статус, вводящий в церковную ограду. Это необходимый и единственный признак, различающий членов прихода от нечленов прихода. Без этого признака невозможно посчитать своих прихожан. Заявления о том, что у нас в стране 70%,80%,90% православных взяты с потолка. Это неправда. У нас от 0,5%
до 2,5% православного народа.
Что касается финансовых проблем, они должны быть в церкви вторичны. Конечно, "с правом голоса" хлопот больше, чем управлять бессловесными. Но всё-таки мы имеем в виду церковную паству, а не стадо коров. Коровам не нужно "право голоса", а прихожанам нужно.
И в этом наша надежда, что жизненное содержание церкви сохранится.
otez_dimitriy
25 апр, 2009 09:09 (UTC)
то есть Вы хотите сказать, что все священники не-настоятели отлучены от общины, сиречь Церкви?
adelgeim
25 апр, 2009 18:54 (UTC)
В Приходское Собрание входят все члены причта: священники и диаконы.
Так гласит Устав РПЦ, гл.11, ст.34: "В состав Приходского собрания входят священнослужители прихода, его учредители, а также прихожане".
tcaagan_sar
25 апр, 2009 19:30 (UTC)
... абсолютно не понял, в чем о.Димитрий узрел, что Вы могли счесть рядовых священников отлученными от общины? По-моему, это как минимум, недоразумение.
excurs
25 апр, 2009 11:28 (UTC)
Если сегодня членство в "десятке" - по сути дела формальность, то почему исключение из неё не формальность? То, что архиерей этим актом хочет священника задеть/унизить/наказать понятно, но если приход смотрит на это здраво и сам священник внутренне не терзается, то так ли это существенно?

adelgeim
25 апр, 2009 19:18 (UTC)
Форма нуждается в содержании, что бы не остаться пустой. Содержанию необходима форма, чтобы его выразить. Пребывание в общине может быть формальным, а может быть не формальным, живым. Нельзя сводить связь с общиной к формальности. В семье отношения тоже могут быть сведены к формальности. Это означает смерть семьи. Но если мужчина и женщина живут вместе, не определив отчётливо свои отношения, их называют блудом, а не браком. Такие отношения унизительны для женщины, которая не может ответить кто она этому человеку: жена или любовница?
Молодёжь часто попадается на этот обман. Говорят: "какое значение имеет регистрация брака? Пустая бумажка! Нет, не пустая. Это правовая защита обоих сторон - мужа и жены. Это правовая защита их детей. Разумеется, пока есть любовь, право ни к чему. Нет необходимости защищаться друг от друга. Хорошо, если сохранится любовь насегда. К сожалению, бывает и слишком часто, что любовь не берегли, и она иссякла. Тогда право может стать опорой. И ничего другого не придумаешь. Церковь признаёт брак, зарегистрированный в ЗАГСе, а отношения, не оформленные называет блудом. Пренебрежение к форме часто влечёт горькие последствия. Но ограничится формой нельзя.
aleksandr55
25 апр, 2009 12:09 (UTC)
В чём же собственно отлучение от Поместной Церкви я так и не понял?
adelgeim
25 апр, 2009 19:34 (UTC)
Человеку говорят прямым текстом или формальным актом: ты не принадлежишь к нашему обществу, уходи. И он не может больше входить во внебогослужебное собрание. На самом деле он не может участвовать также в богослужении. Он действительно отлучён от церконого общения.
Но так как членства нет, то есть оно существует для некоторых, возникает путаница. И разобраться в ней невозможно. Архиерей совершает взаимоисключающие действия. Он говорит: "ты отлучён от прихода и не можещь общаться с церковью. При этом он даёт указ, где говорится: служи в этой общине и общайся с её народом". Вы просите меня объяснить противоречие, которое создал не я. Это вздор и бред, и объяснить его нельзя, поскольку архиерей сам не понимает смысла своих действий. У него в руках две власти: в левой руке -административная, а в правой - благодатная. И правая рука не знает, что делает левая.
tcaagan_sar
25 апр, 2009 19:37 (UTC)
... как понимаю, речь о том, что произвольными включениеми-исключениями из десятки, церковная администрация лишает смысла само существо прихода, как самостоятельной общины. Сводя членство в десятке к формальности сводится к "формальности" и сам приход, в котором хозяйничает некая внешняя (владычная или, как раньше, "уполнмоченная") воля.
Тогда, как юридическое лицо в правовом статусе и ячейка Церкви - в церковно-уставном, - именно приход, представленный своим Советом либо Приходским собранием, и субъект, волей которого определяется его статус (включая юрисдикцию) и вся приходская жизнь.
adelgeim
25 апр, 2009 20:27 (UTC)
Да, я тоже так думаю. Устав РПЦ 2009г. полностью лишил приход самостоятельности и превратил в марионетку епархиального архиерея. Приход утратил все признаки юридического лица, сохранив только название. Форма необходима, но в известных пределах, пока она соответствует содержанию. Можно не гнаться за модой, но мало кто захочет рядиться в огородное пугало. Ограничение Прихода десяткой раскалывает Приход и создаёт ложные формы. Оставаясь юридическим лицом, Приход лишён имущественных прав и субъектности. Он лишён свободы действий, свободы выбора и свободы слова. Права прихода стали мнимыми. В Приходе, как и в епархии, правами обладает только архиерей.
everest_sp
8 май, 2009 09:50 (UTC)
Батюшка, я служу в кафедральном соборе 12 лет и за это время ни разу не состоял в членах приходского собрания. Являясь штатным священником, я служил все эти годы и рад даже, что мне не приходилось принимать участие в этих скучных собраниях. И это не мешало мне разделять вместе со всеми все радости и скорби нашей приходской жизни. Не принадлежность к приходскому собранию не мешает мне руководить и преподавать в воскресной школе нашего прихода. Единственный недостаток положения штатного священника это в том, что он не может свободно распоряжаться денежными средствами. Но у меня есть зарплата, хоть и небольшая, но тем не менее с голоду я не умираю. Конечно не приятно, столько лет руководив приходом, вдруг получить скромное положение. Но отче, я все равно не понимаю в чем здесь проблема?

С уважением прот. Сергий Погодин. Мончегорск.
adelgeim
13 июн, 2009 03:47 (UTC)
я все равно не понимаю в чем здесь проблема?
У штатного священника и настоятеля не одинаковые задачи. Кроме обязанностей священника настоятель создаёт микроклимат в приходе, духовную атмосферу, обстановку. Они связаны с его личностью. Есть разница: Вы приходите в храм, имеющий уклад и традиции, которые учитесь беречь. Или к Вам приходит новый человек, лишает Вас голоса и начинает ломать Ваш уклад и традиции, сложившиеся с основания общины. Так совершаются революции, разрушающие старое и не всегда умеющие создавать новое. Для разрушения нужна смелость, оправданная или нет дальнейшим созиданием.
Мне приходилось служить в Кафедральном соборе и других храмах штатным священником. Приходя в новый храм, стараешься вписаться в тот уклад, который до тебя создан и выполнять свои прямые обязанности, помогая настоятелю делать общее дело, которое он изначально предпринял, восполнять своими усилиями то, что нуждается в восполнении. В этом я прекрасно Вас понимаю. Другое дело, когда ты 20 лет созидаешь приход и преуспел: храм восстановлен, иконостасы, интерьер, не говорю об освещении, отопление и прочих коммуникациях. Создан хороший хор, ведёшь ежедневное богослужение и проповедь на достойном уровне, есть школа, в которой ты преподаёшь богословские дисциплины, строишь отношения, определяешь приоритеты. В приходе 17 лет существует не воскресная, а общеобразовательная школа регентов. От руководителя зависит очень многое. Вдруг на "живое место" ставят нового настоятеля. Над тобой и всем созданием ставят священника, не имеющего опыта. Он оказывается случайным человеком в церкви. Не имеет никакого образования, ни светского, ни духовного, безразличен к богослужению, не может сказать проповедь, не организован, но самоуверен. Он сразу подобрал партию, расколол Приход, уничтожил хор, один из лучших в епархии, поменял интерьер храма, снял писаные иконы и заменил их литографиями, переделывает и меняет местами всё, что только можно изменить. Исчезли мои личные иконы, которые я сам принёс в храм. Уволены сотрудники, с которыми работал в храме и школе много лет. Изгнаны полностью Приходское собрание и Приходской совет. Уволены все мои единомышленники, и сам ожидаю со дня на день увольнения, как уволили меня уже из нескольких, мной созданных приходов, в которых тоже прослужил много лет. Ты снова оказываешься в чужом храме, где всё не твое. Ты остаёшься безмолвным и бесправным наблюдателем происходящего развала. Важно, кого поставят на твоё место. Один умеет созидать, другой разрушать. Меняется не только обстановка, меняется дух прихода и его общественное сознание. "Скучными" собрания бывают, когда они не наполнены содержанием. Их можно оживить. Если на собраниях ставить актуальные проблемы церковной жизни, готовить доклады и обсуждать, да и просто свободно общаться, делиться мыслями и впечатлениями, собрания становятся событием приходской жизни. Это требует напряжения сил, духовной работы. От человека, от организатора приходской жизни зависит слишком много, и есть о чём жалеть. Снять священника, прослужившего в храме 20 лет, означает ампутацию. Рана зарастёт не скоро, даже при достойной замене. Если замена окажется недостойной, неизбежны раскол и разруха. Мне казалось, это понятно само собой.


forestier
15 июн, 2009 19:22 (UTC)
А кто приход-то пытается разогнать Епископ Евсеевий, что ли?
( 16 комментариев — Оставить комментарий )